Эсхрофемизмы

Меня твои эсхрофемизмы уже доебали, я не могу их слышать. Один охуительнее другого просто. Какие-то “крайний”, “присядь”. Чё ты несёшь вообще? Ты можешь говорить нормально? Кончишь работать, блядь — часок соснёшь. Чего, блядь? Какие лётчики? Вообще охуеть.

Latest tweet:

in Twitter

Семёнов

Жил-был человек, звали его Семёнов.

Решил Семёнов обновить Ubuntu. Стал он обновлять Ubuntu и сломал pulseaudio. Стал чинить pulseaudio и поломал fglrx. Стал чинить fglrx и сломал ndiswrapper.

Нет, — подумал Семёнов — эдак я вообще всё сломаю, пойду-ка я лучше в винду перезагружусь. Стал он перезагружаться и сломал GRUB.

Сполз Семёнов на пол, облокотился о системничек и заснул.

Крым

— Это пройдет, — сказал О’Брайен. — Смотрите мне в глаза. Чей Крым? Российский или украинский?
Уинстон думал. Он понимал, что означает «Россия» и что он — гражданин России. Помнил он и Крым; но кому он принадлежит, он не знал. Он даже не знал, принадлежит ли он вообще кому-нибудь.
— Не помню.
— Крым — часть России. Крым наш. Теперь вы вспомнили?
— Да.
— Крым всегда был наш. С первого дня вашей жизни, с первого дня партии, с первого дня истории он всегда был нашим. Это вы помните?
— Да.
— Не так давно вы сочинили легенду о том, что раньше он принадлежал Украине. Выдумали, будто есть исторические свидетельства, карты, документы. Таких документов никогда не существовало. Это был ваш вымысел, а потом вы в него поверили. Теперь вы вспомнили ту минуту, когда это было выдумано. Вспомнили?
— Да.
— Только что я показывал вам пальцы. Вы видели пять пальцев. Вы это помните?
— Да.
О’Брайен показал ему левую руку, спрятав большой палец.
— Пять пальцев. Вы видите пять пальцев?
— Да.

Бредит Дед

В процессе следствия выясняется, что под псевдонимом «Гуттенберг» скрывается протоиерей Валерий Белый (А. Безруков) у которого нашли мозг рака в последней стадии. Чтобы найти средства для оплаты жизненно необходимого ему курса лечения гербалайфом, Валерий идет на крайние меры. Используя монастырские угодья под посевы, а передвижной храм как лабораторию, и взяв в подмастерья отчисленного из духовной семинарии незадачливого раба божьего Д. Пиманова (Г. Куценко) Валерий начинает варить генетически-модифицированный (так называемый, «синий») мёд.

(из сценария к к/ф «Бредит Дед», К. Эрнст, Е. Петросян)

Сомневаюсь, ибо абсурдно

Why god loves atheists

Никак не могу понять, почему некоторым верующим так важно доказать то, что мир был сотворен за семь дней шесть тысяч лет назад; что теория эволюции неверна, а правы именно креационисты.

Почему для них недостаточно одной только веры, зачем им нужны доказательства или хотя бы свидетельства существования их Бога? Ведь, насколько я понимаю, вся суть веры в том, чтобы верить несмотря ни на что, вопреки логике и здравому смыслу, ведь «верую, ибо абсурдно». А получается, что раз ищут доказательств, значит слаба вера, значит сомневаются в том, что сами проповедуют. Иначе к чему это всё?

Вообще, если подумать, то порядочный (соблюдающий заповеди, или как это там) верующий человек отличается от порядочного, но неверующего только небольшой частью мозга, ответственной за критическое мышление, которую первый добровольно принес в жертву своему Богу. И если завтра, предположим, научно доказать правоту креационистов и существование Создателя, то сама вера потеряет всякий смысл, сменившись обычным знанием. И жертва эта станет никому не нужной. Чем же тогда верующий будет отличаться перед Богом от неверующего, который не убивает и не крадет не потому что «его боженька потом накажет», а потому что он просто нормальный человек, а не моральный урод?